Традиция безголовости

– Колонка редактора –

Август, 2008

Лет двадцать тому назад один мой приятель постигал таинства кошерного убоя. Или – если изъясняться без витиеватости – учился на резника. Так вот, когда дело дошло до практитки, и он едва ли не впервые в жизни увидел курицу не то что всырую, а вообще живьем, то сердце его дрогнуло. А вслед за ним дрогнули и руки: и та, что держала по-брадобрейски изящный шойхетский нож, и та, что нежно сжимала эту самую курицу. В результате вместо лаконичного надреза шеи курицу постигла участь Марии Стюарт, но только, в отличие от несчастной королевы, обезглавленная курица, вырвавшись из рук своего палача, вдруг вприпрыжку побежала по двору синагоги. Незадачливый резник выронил нож и прокудахтал: “Дык… она же живая!” На это обучавший его старый шойхет реб Мотл философски заметил: “Аз-ох-ун-вей такая жизнь…”

Страшно признаться, но именно такие ассоциации у меня вызывает то, что творится ныне в Израиле. При том, что тема отсутствия настоящего лидера, вождя и т.п. уже, кажется, набила оскомину, безголовый бег по маленькому средиземноморскому дворику выглядит все более удручающе.

На эту же “тему”, заметим в скобочках, можно вздохнуть не только по стране Израиля, но и по всему нашему народу. Есть ли у нас вождь, вдохновляющий мудростью, чьим указанием движимы и к кому за советом и благословением обращаются тысячи и тысячи людей? Ну, вообще-то, да… Только, к сожалению, вот уже четырнадцать лет эти тысячи стекаются за благословением к нему на могилу, а не в резиденцию по адресу 770 Истерн Парквей. Оставим до другого раза разговор о том, что для такого праведника, как Любавический Ребе, жизнь не исчерпывается лишь “особой формой существования материи”, и что, как написано в книге Зогар, “цадик после кончины присутствует в этом мире даже в большей степени, чем при жизни”. Но тот факт, что среди тех, кто жив в тривиальном смысле, нет никого, кто мог бы быть хоть отдаленно сравним, заставляет задуматься. Аз-ох-ун-вей такая жизнь…

Вроде бы и “настоящих буйных” совсем не мало, а вожаков тем не менее среди здравствующих ныне как духовных, так и светских лидеров – нет как нет… Вот есть, вроде бы, в Израиле красивая организация с чарующим названием “Еврейское Руководство”. Речи произносятся замечательные, статьи – решительные и правильные. Наверное. По крайней мере раньше так было. Только я, признаться, уже три года их бюллетени, регулярно присылаемые, не открываю. Когда зловещая пародия на национального лидера по имени Шарон готовилась отметить годовщину разрушения Храма разрушением тысяч еврейских домов Гуш-Катифа, лидеры Еврейского Руководства объявили оранжевой армии, что, когда нелегкий час настанет, “каждый должен стать сам себе генералом”. В переводе с трибунного на человеческий это означало: Бульдозер все равно своего добьется, а нам в кутузку так не хочется…

Как ни печально, но это как-то исторически свойственно нам – быть не в ладах с головою. Еще в Пустыне тридцать три века назад, возглавляемые Моисеем, мы уже страдали безголовостью. Правда, не из-за отсутствия головы, а от потери связи с нею – с Моисеем. Девятое Ава – это не только день разрушения Храма, это и годовщина прозвучавшего тогда в Пустыне клича “поставим себе голову и вернемся в Египет!” В результате вместо Святой Земли евреям досталось по четыре локтя добровольно для себя выкапываемых могилок в земле пустынной, в которых за сорок лет последовавших скитаний, вытянувшись в струнку, один за другим затихли все люди поколения Исхода.

Иногда абсурдность того, что происходит в Израиле, напоминает мне даже не курицу королевской судьбы и не всадника без головы, а персонаж гораздо более трагический, хотя и совсем малоизвестный. У Эренбурга в одном коротком рассказе военной поры еврейская девочка, замершая среди ожидающих последнего мгновения тел, спросила наклонившегося надо рвом эсэсовца из зондеркоманды: “Дядя, я правильно лежу?”

Неужели этому бесхребетному сгустку, непонятно как удерживающемуся на плечах еврейского государства, готовому прогнуться и под мнимого друга и под наглого врага, никак невдомек, что пока мы занимаем хоть сколько-нибудь места – мы для них лежим неправильно.

Пора бы поднять голову и уже как-то вставать. Вот только б найти ее сначала, эту голову…

Р-н Эли Коган

Rambler's Top100